369) Открыл рабби Йоси и т. д.: открыл рабби Йоси и сказал: «Господь умерщвляет и оживляет, низводит в шеол и возводит» (Шмуэль I, 2:6). На этот стих следует обратить внимание. Разве АВА"Я умерщвляет? Ведь это имя, АВА"Я, — снадобье жизни для всех, и эта вещь, смерть, не пребывает в нём, и везде это имя даёт жизнь всему миру. Что же [означает] «Господь умерщвляет», ведь люди думают, будто Он умерщвляет всех людей? Однако Господь умерщвляет, несомненно. Как же Он умерщвляет? Если скажешь, что — потому что когда Он удаляется от человека, тот умирает, ибо пока Он на человеке, никакие обвинители мира не могут навредить ему, но в час, когда Он удаляется от него, тотчас все обвинители мира одолевают его, и человек умирает, — это не так.
370) Однако Господь умерщвляет и т. д.: и отвечает: однако Господь умерщвляет — кого Он умерщвляет? То продолжение злой ситра ахра (другой стороны), то есть тело. Поскольку это продолжение ситра ахра видит сияние славы Творца, Свят Благословен Он, — тотчас умирает (как выше, Ваера, п. 30) и не имеет существования даже на одно мгновение. Поскольку то продолжение С"А мертво и удалено из мира, тотчас оживляет — кого оживляет? То продолжение святого духа, что приходит со стороны святости, то есть нешаму (душу), — оживляет её и устанавливает её в полном существовании. И всё это Творец, Свят Благословен Он, делает в одно время: умерщвляет тело и оживляет нешаму. И потому написано: «Господь умерщвляет и оживляет». А то, что сказано: «низводит в шеол и возводит», — это значит, что низводит тот святой дух, то есть нешаму, в шеол, и совершает ей там омовение в огне, который в шеоле, для очищения, и тотчас возводит её, и она входит в место, в которое ей должно [войти], в Ган Эден.
371) И я, товарищи, в тот и т. д.: и я, товарищи (хаверим), в тот час, когда удалился из мира, — дух мой удалился и отошёл тотчас, до малого часа, [в который] оживил меня Творец, Свят Благословен Он, а тело было мертво. В час, когда сын мой открыл [уста] этими речами, тогда вылетела его нешама и встретилась с моей нешамой, которая поднималась из очищения и из омовения, как сказано выше рядом, и вошла в место, в которое вошла, и там судили её судом, и были даны мне 22 года жизни — ради слёз и речей сына моего. Отныне и далее мне следует усердствовать в том, что я видел. Ибо мне не следует больше усердствовать в вещах этого мира — после того как я увидел то, что увидел, и Творец, Свят Благословен Он, хочет, чтобы не пропало и не забылось у меня ничего.