225) Раби Хизкия и т.д. Раби Хизкия шёл из Каппадокии в Лод. Встретил его раби Йеса и сказал ему: удивляюсь я на тебя, что идёшь ты в одиночестве, ведь учили мы: «Да не выходит человек в путь один». Сказал ему: один мальчик идёт со мной, и он следует за мной. Сказал ему: и на это удивляюсь я — как идёт с тобой тот, с кем не будешь ты говорить словами Торы? Ведь учили мы: всякий, кто идёт в дорогу и нет с ним слов Торы, повинен жизнью своей. Сказал ему: так оно и есть, несомненно.
226) Тем временем прибыл и т.д. Между тем подошёл тот мальчик. Сказал ему раби Йеса: сын мой, из какого ты места? Сказал ему: из города Лод, и слышал я, что этот мудрый человек идёт туда; назначил я самого себя на служение ему, чтобы служить ему и идти с ним.
227) Сказал ему: сын мой и т.д. Сказал ему: сын мой, знаешь ли ты слова Торы? Сказал ему: знаю, ибо отец мой учил меня разделу о жертвоприношениях, и я прислонял ухо моё к тому, что он учил со старшим братом моим. Сказал ему раби Йеса: сын мой, скажи мне.
228) Открыл и сказал: и построил и т.д. Открыл и сказал: «И построил Ноах жертвенник Господу, и взял» и т.д. (Берешит 8:20). «И построил Ноах жертвенник» — это тот жертвенник, на котором приносил жертву Адам Ришон. И задал вопрос: Ноах — почему принёс он ола (жертву всесожжения)? Ведь ола приносится только ради искупления помыслов сердца, а Ноах — в чём согрешил? И ответил: но Ноах помыслил и сказал: вот, Творец, Свят Благословен Он, вынес приговор миру, чтобы он был разрушен; возможно, в награду за то, что спас Он меня, исчерпалась в этом вся заслуга моя, и не осталось у меня больше заслуги в мире. Тотчас же — «и построил Ноах жертвенник Господу». А то, что принёс он именно жертву ола, разъясняется далее, в п. 232.
229) Тот жертвенник и т.д. Этот жертвенник — тот, на котором приносил жертву Адам Ришон. И спрашивает: если так, то что значит «и построил»? Ведь Адам hа-Ришон уже построил его. И отвечает: но поскольку злодеи мира стали причиной того, что он не стоял на месте своём, то есть на месте истечения (hашпаа) к святости, — когда пришёл Ноах принести на нём жертву, написано о нём: «и построил». Ибо возвратил он его на место истечения к святости.
230) И вознёс всесожжения и т.д. Написано «олот» без буквы вав (ו), которая является знаком множественного числа, ибо принёс он только одну ола. Написано: «ола — это ишше» и т.д. И задаёт вопрос: ведь ола — это мужское, а не женское, как написано: «мужского пола без порока принесёт его» (Ваикра 1:3). Если так, почему написано «ишше» с конечной буквой hей (ה), которая указывает на женский род? Ведь должно было бы встретиться «эш» без конечной hей, что указывает на мужской род.
231) Но хотя и т.д. И разрешает: но хотя ола приносится как мужское, и на место своё она приносится, то есть к З"А, который есть захар (мужское), — тем не менее, нукве не нужно из-за этого отделяться от З"А, а в нукве она приносится, чтобы соединить З"А и нукву его друг с другом. Ибо посредством жертвы поднимается нуква к З"А, чтобы соединиться вместе. И хотя истолковано (Звахим 46б): «ишше» — для ишим (огней), а не для головёшек, — всё же возможно также вывести отсюда, что это указывает на нукву.
232) Ноах должен был и т.д. Ноах должен был принести ола, потому что Творец, Свят Благословен Он, установил его в положении захара (мужского), чтобы он соединился и вошёл в ковчег, который есть тайна нуквы (как выше, на стр. 2, п. 5). И потому принёс он ола. И этим разрешил, почему принёс он именно ола, а не другую жертву, — ведь на самом деле он не согрешил, а только потому, что думал, что исчерпалась у него вся заслуга, как выше, в п. 228, смотри там. «Ола — это ишше» и т.д. «Ола — это ишше»: в этом стихе «иш-ше» (אש"ה) — это нотарикон «эш hей» (אש ה'), указывающий, что левое З"А, называемое «эш» (огонь), соединилось с нуквой, именуемой «hей» (ה). Ибо нуква приходит со стороны левой, называемой эш (огонь), так что прилепились нуква и эш друг к другу, и потому названа женщина «иша» — ибо имя «иша» указывает на связь любви, в которой левое, то есть «эш», держит её, что есть тайна «hей», чтобы поднять её наверх, к З"А, чтобы связать их как одно. И потому говорит стих: «ола — это ишше», что указывает на связь дхура и нуквы (мужского и женского) друг с другом.